Депутат Абенов: Конституция будет иметь безусловный приоритет над международными договорами
Мажилисмен Мурат Абенов на седьмом заседании Конституционной комиссии заявил, что в проекте обновлённой Конституции Казахстана закрепляется безусловное верховенство Основного закона над любыми международными договорами. При этом сами договоры сохранят статус действующего права, но уже не смогут иметь преимущество в случае юридических коллизий.
По словам депутата, новый конституционный текст прямо фиксирует: только Конституция обладает высшей юридической силой, без дополнительных оговорок и исключений. Международные соглашения по‑прежнему остаются составной частью национальной правовой системы, но их применение возможно лишь в той мере, в какой они не противоречат Конституции.
Мурат Абенов подчеркнул, что проект не подрывает значимость международных обязательств Казахстана и не ставит под сомнение общепризнанные нормы международного права. Он отдельно отметил, что страна продолжит соблюдать ратифицированные международные договоры и сохраняет приверженность принципу взаимности в отношениях с другими государствами.
Депутат напомнил, что Казахстан по‑прежнему ориентируется на ключевые универсальные соглашения, прежде всего в сфере прав человека. Речь идёт о базовых договорах, заключённых под эгидой Организации Объединённых Наций, в том числе тех, которые затрагивают защиту фундаментальных прав и свобод граждан.
Вместе с тем, по словам Абенова, в условиях усиливающейся мировой турбулентности — геополитической, экономической и правовой — государство вынуждено более тщательно подходить к оценке международных обязательств. Каждый договор, каждое новое обязательство, по его мнению, должно проверяться сквозь призму суверенитета, независимости и основ конституционного строя Казахстана.
Он напомнил, что в действующей редакции Конституции существовала норма (четвёртая статья), согласно которой при расхождении между национальным законом и ратифицированным международным договором приоритет отдавался нормам международного договора. Это фактически означало автоматическое верховенство международных обязательств над внутренним законодательством в случае коллизий.
Согласно новому проекту, такая модель меняется. Международные договоры по‑прежнему будут частью действующего права, однако при любом противоречии с Конституцией перевес будет иметь именно Конституция. Тем самым устраняется возможность трактовать международные соглашения как источник норм, стоящий выше Основного закона.
Абенов подчеркнул, что подобный подход не является уникальным или исключительным. По его словам, такая модель соответствует практике большинства государств, где конституции и международные договоры выстроены в чёткую иерархию. В этих системах при конфликте норм именно Основной закон служит окончательной точкой отсчёта для правоприменителя.
Депутат объяснил, что закрепление конституционного приоритета необходимо для защиты ключевых национальных интересов. В отдельных случаях возможна ситуация, когда международный договор, заключённый ранее или в иных политических условиях, вступает в противоречие с обновлёнными конституционными принципами. В такой ситуации государство должно иметь ясный юридический ориентир — и им становится Конституция.
При этом, по его словам, Казахстан не отказывается от участия в международной правовой системе и не замыкается в себе. Речь идёт о том, чтобы все внешние обязательства логично встраивались в фундаментальные ценности и конституционные основы государства, а не подменяли их или ставили под сомнение.
Отдельно Абенов обратил внимание на практический аспект. В предыдущей модели приоритет международного договора мог использоваться как аргумент в судебных спорах и правоприменительной практике, что иногда порождало неоднозначные толкования и споры о том, какая норма должна применяться в первую очередь. Новая редакция, по его мнению, снимает эти неопределённости, задавая более прозрачную иерархию.
С точки зрения национальных судов это означает, что при рассмотрении дел с «международным элементом» им придётся прежде всего сверяться с Конституцией. Если норма международного договора не противоречит Основному закону, она подлежит применению. Но в случае несоответствия суд обязан будет опираться на конституционные положения.
Экспертное сообщество уже не первый год обсуждает баланс между международными обязательствами и суверенным правом государства формировать собственную правовую систему. Сторонники усиления конституционного приоритета подчёркивают, что международные договоры зачастую разрабатываются в общих, универсальных формулировках и не всегда учитывают специфику конкретной страны, её правовой традиции и социально-политический контекст.
Приверженцы прежней модели, напротив, указывали, что приоритет международного права способствует дополнительным гарантиям прав и свобод граждан, создаёт более высокий стандарт их защиты и стимулирует государство не отступать от уже принятых обязательств. В этой логике «жёсткий» приоритет международных норм воспринимался как сдерживающий фактор для любых возможных отклонений от общепризнанных стандартов.
Новый подход, который презентует Абенов, фактически стремится найти компромисс: сохранить включённость Казахстана в систему международного права, но при этом недвусмысленно закрепить, что основные параметры политического и правового устройства страны определяются внутри неё самой, через Конституцию. Таким образом, международные договоры рассматриваются как продолжение, а не как замена национального правопорядка.
Важную роль в этой архитектуре играет и сама конституционная реформа. По данным опросов, значительная часть граждан поддерживает обновление Основного закона. На фоне этой поддержки вопрос о том, какое место займут международные обязательства, становится не технической, а принципиальной темой: речь идёт о том, как будут соотноситься ожидания общества, национальный суверенитет и ранее принятые международные нормы.
Отдельный пласт дискуссии связан с правами человека. Абенов подчёркивает, что Казахстан сохраняет приверженность базовым универсальным документам в этой сфере. Это означает, что отказ от автоматического приоритета международных договоров не должен восприниматься как отход от стандартов защиты прав. Напротив, предполагается, что эти стандарты будут интегрированы в саму ткань Конституции и национального законодательства.
Важно и то, как будет осуществляться будущая конституционно-правовая оценка новых международных договоров. По логике, озвученной депутатом, до ратификации каждый документ должен проходить более детальный анализ на соответствие суверенитету, основам конституционного строя и ключевым ценностям Казахстана. Это добавляет этап предварительного «фильтра», что может сократить риск будущих коллизий.
Переход от модели приоритета международного договора над законом к модели безусловного верховенства Конституции несёт и долгосрочные последствия. Он задаёт тон всей правовой системе, влияя на то, как будут писаться новые законы, как органы власти будут формировать внешнеполитические позиции и как суды будут разрешать спорные вопросы, связанные с применением международных норм.
В перспективе такая система требует и повышения качества самой Конституции: если именно она становится последней инстанцией для разрешения коллизий, общественный запрос на её ясность, логичность и внутреннюю согласованность неизбежно возрастает. Именно поэтому обсуждение нового проекта Основного закона выходит за рамки экспертного круга и затрагивает широкий круг граждан, для которых отныне именно Конституция становится ключевой опорой в системе правовых гарантий.
