Иранские военные назвали угрозы Трампа проявлением слабости и нервозности
Иранское военное командование резко отреагировало на заявления бывшего президента США Дональда Трампа, который пригрозил Тегерану "адом" в случае отсутствия договоренности по урегулированию конфликта. В Тегеране эти слова назвали не только бесполезными, но и свидетельствующими о растерянности и внутренней неуверенности Вашингтона.
Представитель командования вооруженных сил Ирана генерал Али Абдоллахи Алиабади заявил, что подобная риторика не производит впечатления на Тегеран и лишь подчеркивает уязвимость того, кто ее использует. По его словам, угрозы Трампа - "глупая инициатива, демонстрирующая беззащитность, потерю душевного равновесия и нервозность".
Отвечая на высказывания бывшего главы Белого дома, иранский генерал не только отверг возможность давления на страну силой, но и иронично обыграл выбранный Трампом образ "ада". Алиабади подчеркнул, что иранская сторона также способна отвечать жесткими формулировками, добавив: "Суть моего послания: для вас откроются врата ада". Тем самым он дал понять, что попытка силового шантажа может обернуться для Вашингтона тяжелыми и непредсказуемыми последствиями.
Поводом для обмена столь резкими заявлениями стал ультиматум, о котором Трамп напомнил в своем недавнем обращении. Он заявил, что срок, отведенный Ирану на заключение соглашения или разблокировку Ормузского пролива, истекает в течение 48 часов. Бывший президент подчеркнул, что в случае отказа Тегерана выполнить эти требования он готов санкционировать удары по иранской инфраструктуре, в том числе по электростанциям.
"Помните, я дал Ирану десять дней на заключение соглашения или открытие Ормузского пролива. Время идет - через 48 часов на них обрушится ад", - написал Трамп в своей социальной сети Truth Social, вновь прибегнув к эмоциональной и максимально жесткой лексике.
Ормузский пролив, вокруг которого в очередной раз обострилась риторика, имеет ключевое значение для мировой экономики: через него проходит значительная часть глобальных поставок нефти. Любые угрозы в адрес его блокировки или силового разблокирования мгновенно повышают напряженность на энергетических рынках и подталкивают цены вверх. Именно поэтому заявления Трампа и ответ Ирана привлекли внимание не только политиков, но и финансовых кругов.
Иранские военные подчеркивают, что страна не поддается на шантаж, каким бы жестким он ни был. Алиабади дал понять, что Тегеран рассматривает угрозы как элемент психологического давления, рассчитанного на внутреннюю аудиторию США и их союзников. По его словам, подобные заявления чаще всего делаются в моменты, когда инициатор чувствует ограниченность своих реальных возможностей и пытается компенсировать это агрессивной риторикой.
На фоне этих высказываний в Иране вновь напомнили о собственной обороноспособности. Представители командования считают, что военная инфраструктура страны достаточно развита, чтобы сдерживать потенциальных противников и отвечать на любые силовые сценарии. Они указывают на накопленный опыт противостояния санкциям, кибератакам и скрытым операциям, а также на развитие ракетных и беспилотных технологий, которые Тегеран рассматривает как один из ключевых элементов сдерживания.
Эксперты отмечают, что использование образа "ада" обеими сторонами - не просто фигура речи, а часть информационно-психологического противостояния. Подобные формулировки призваны запугать оппонента и одновременно мобилизовать собственную аудиторию, создавая впечатление решимости и готовности к эскалации. Однако на практике такая риторика нередко усложняет дипломатические усилия, поскольку сужает пространство для компромисса и делает любой шаг навстречу политически токсичным.
В дипломатических кругах обращают внимание и на то, что ультимативный подход к Ирану уже не раз демонстрировал свою ограниченную эффективность. Жесткие угрозы зачастую приводили к обратному эффекту: усиливали позиции "ястребов" внутри Ирана, укрепляли антикризисный консенсус вокруг властей и подталкивали Тегеран к дальнейшему развитию программ, которые так стремились ограничить в Вашингтоне.
Ситуацию дополнительно осложняет фактор времени: когда устанавливаются жесткие сроки и озвучиваются громкие обещания "обрушить ад", любые последующие уступки воспринимаются как признак слабости. Это создает ловушку для авторов ультиматумов, вынуждая их либо идти на реальное обострение, либо искать способ "переписать" условия игры, не потеряв лицо.
Иранские военные делают ставку на то, что за громкими словами последует этап охлаждения риторики и постепенного возврата к более прагматичному подходу. При этом в Тегеране подчеркивают, что страна готова к диалогу, если он строится на принципах взаимного уважения и отказа от языка угроз. Одновременно военное руководство дает понять, что в случае силового давления Иран будет защищать свои интересы всеми доступными средствами.
Таким образом, очередной виток словесной войны между Вашингтоном и Тегераном вновь высветил старую проблему: попытки разговаривать с Ираном на языке ультиматумов лишь углубляют недоверие и подталкивают стороны к жестким ответам. Заявление иранского генерала о "вратах ада", обращенное к инициатору угроз, стало зеркальным отражением риторики Трампа и наглядно показало, насколько хрупким остается баланс в регионе, где одно необдуманное слово способно стать шагом к реальной эскалации.
