Posted on: 22.08.2020 Posted by: admin Comments: 0

Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов

В рамках дела о банкротстве ООО «Товары будущего» МИФНС № 5 по Московской области обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности шести лиц, которых по разным основаниям аффиллирует в одну группу. К ним относятся как непосредственно директор и участник, так и предполагаемый бенефициар и выгодоприобретатели по сделкам. Верховный суд 24 августа рассмотрит это заявление.

Обратная сила закона

В рассматриваемом деле суды оценивали сущность нормы о контролирующем характере статуса бывшего генерального директора ООО "Товары будущего". Суд округа не согласился с доводами налоговой о применении презумпции контроля. Он отметил: в деле применим абз. 31 ст. 2 закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ. По смыслу этой нормы, бывший директор никак не может считаться контролирующим должника лицом, поскольку исполнял обязанности генерального директора в период с 2009 года до 15 апреля 2014 года, то есть за пределами двухлетнего срока принятия заявления о признании должника банкротом (оно было подано 29 апреля 2016 года). 

"Верховный суд заинтересовался заявителем жалобы, и коллегия решила проверить, не нарушены ли интересы государства нижестоящими судами", — считает Ольга Савина, управляющий партнер Parallel Legal Consulting, которая представляет в этом деле одного из ответчиков. Здесь, как и в нашумевшем споре "Дальней степи", основной кредитор — уполномоченный орган. Его требования составляют 99,93% всей кредиторской задолженности, включенной в реестр.

Последние несколько лет ФНС довольно активно использует механизмы субсидиарной ответственности для взыскания задолженности с контролирующих должника лиц. Судебные акты по таким делам несут важную правотворческую функцию

Ольга Савина, управляющий партнер Parallel Legal Consulting

В кассационной жалобе в ВС налоговая настаивает на применении к директору презумпции доведения должника до банкротства (пп. 3 п. 2 ст. 61.11 закона о банкротстве, п. 26 постановления Пленума ВС № 53). "Основания для привлечения лиц к субсидиарной ответственности возникли в период с 2014 по 2016 годы. Те действия, за которые, по мнению ФНС, должны понести ответственность привлекаемые лица, были задолго до налоговой проверки — и до вступления в силу норм Закона № 266-ФЗ", — объясняет Савина. "Практика по субсидиарной ответственности уже давно складывается не в пользу ответчиков. А если речь идёт об интересах государства, шансы на победу уходят вниз в геометрической прогрессии. Достаточно вспомнить дела ЗАО «Орбита», ООО «Дальняя степь» или ООО «Альянс»", — отметила Юлия Михальчук,специалист по банкротству, советник
Saveliev, Batanov & Partners

Saveliev, Batanov & Partners

Федеральный рейтинг

группа

Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market)

Профайл компании

×

Вопрос о том, относятся ли доказательственные презумпции к материальным нормам или носят сугубо процессуальный характер, не впервые оказывается в поле зрения российских судов. Так, ВС указывал, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности. А материально-правовые нормы о порядке привлечения к этой ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (N 308-ЭС17-6757; N 305-ЭС19-10079). Арбитражные суды в ряде актов напрямую признали материальный характер доказательственных презумпций в нормах о субсидиарной ответственности (N 81-р; N 37-О-О; N 262-О-О; N 745-О-О; N 691-О-О; N 3-П; N А45-23369/2011). Кроме того, из акта в акт повторяется следующая формулировка: "Поскольку вопросы субсидиарной ответственности — это вопросы отношений между кредиторами и контролирующими должника лицами, основания субсидиарной ответственности, даже если они изложены в виде презумпций, относятся к нормам материального гражданского (частного) права, и к ним не может применяться обратная сила" (N 09АП-81009/2019; N А35-10085/2015; N А43-36755/2017).

Только иронию может вызвать очередная попытка назвать нормы о презумпциях ответственности по главе III.2 «процессуальными» нормами. Они по сути являются неотъемлимым элементом состава гражданско-правовой ответственности. Кассационные инстанции не раз подчеркивали их материально-правовой характер

Николай Покрышкин, партнер
Кульков, Колотилов и партнеры

Кульков, Колотилов и партнеры

Федеральный рейтинг

группа

Банкротство

группа

Международные судебные разбирательства

группа

Международный арбитраж

группа

Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market)

Профайл компании

×

 

Причинно-следственная связь 

В деле о банкротстве ООО "Товары будущего" довод заявителя о привлечении к ответственности целой группы лиц базируется на сложной цепи фактических обстоятельств. ФНС утверждает, что должник, уклонившись от уплаты налога на прибыль, попытался скрыть вырученные средства с помощью аффилированных лиц. 

Общепринятой в науке и судебной практике является точка зрения о деликтном характере субсидиарной ответственности. Она базируется на принципе генерального деликта (ст. 1064 ГК). Субсидиарная ответственность является частным случаем деликтной ответственности, наступающей за вмешательство третьего лица в обязательство  (п. 2, 6, 15, 22 постановления Пленума ВС от 21.12.2017 № 53). Деликтные отношения, в свою очередь, обусловлены прямой и непосредственной причинной связью между противоправным деянием и вредом, причиненным потерпевшему. При этом наступление вреда может быть вызвано другими обстоятельствами, и выводить причинно-следственную связь только из хронологии неверно.

Причинно-следственная связь имеет особое значение в отношениях, связанных с возмещением чистых экономических убытков, к которым с некоторыми оговорками относится субсидиарная ответственность. Важная особенность причинно-следственной связи при причинении чистых экономических убытков — это появление в механизме привлечения к ответственности нового субъекта. Доказывание причинно-следственной связи серьезно усложняется тем, что вред причиняется ответчиком не напрямую, а путем проникновения в сферу интересов третьего лица. Например, в договорные отношения, как в случае с субсидиарной ответственностью.

Сейчас уже никого не удивишь привлечением к субсидиарной ответственности рядовых сотрудников, представителей по доверенности или контрагентов. Суды начинают стирать корпоративные оболочки и сразу, минуя юрлицо, привлекать к ответственности его директоров и акционеров

Юлия Михальчук,специалист по банкротству, советник
Saveliev, Batanov & Partners

Saveliev, Batanov & Partners

Федеральный рейтинг

группа

Арбитражное судопроизводство (крупные споры — high market)

Профайл компании

×

   

Законодатель и судебная практика были вынуждены защитить ответчиков от необоснованного взыскания чистых экономических потерь. Они возложили бремя доказывания причинно-следственной связи на заявителя. Недоказанность причинно-следственной связи является основанием для отказа судов в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности или направления спора на новое рассмотрение (N Ф05-5615/2019; N Ф05-11295/2020; N Ф05-7188/2020; N Ф05-15267/2019).

ВС не ограничился абстрактным разъяснением п. 16 постановления Пленума № 53. Судебная коллегия по экономическим спорам подчеркнула, что за доведение должника до банкротства могут быть привлечены только те лица, чье виновное поведение привело к невозможности погашения задолженности перед кредиторами должника (№ А56-26451/2016). При этом суд указал, что для доказывания такой причинно-следственной связи нужно учесть три критерия:

    наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника; ведет ли реализация ответчиком соответствующих полномочий к негативным для должника и его кредиторов последствиям;к ответственности подлежит привлечению лицо, инициировавшее подобную сделку и (или) получившее выгоду от ее совершения. При этом выгода может быть потенциальной.

В деле ООО "Товары будущего" привлекаемое лицо — ООО "Ресурсинвест" — не входило в структуру управления должником. Это обстоятельство заявителем не доказано. Его аффилированность с должником опровергнута вступившим в законную силу решением суда по уголовному делу. Следовательно, этот ответчик не мог оказывать существенного влияния на деятельность должника.

Налоговая не доказала факт причинения вреда ответчиком ООО "Ресурсинвест". Исходя из недоказанности первого критерия, ответчик не мог реализовать описанные в нем полномочия в связи с невозможностью контролировать деятельность должника.

По мнению Арбитражного суда Московского округа, ООО "Ресурсинвест", возведя имущественный комплекс к началу 2012 года, не могло получить выгоду от налоговой недоимки в период с 4 декабря 2012 по 31 декабря 2014 года и с 1 января 2015 года по 30 марта 2016 года. Таким образом, ООО "Ресурсинвест" не строило имущественный комплекс на деньги, полученные путем уклонения должником от налогов. А значит, причинно-следственная связь здесь отсутствует.

"Признание правомерности доводов ФНС может нанести непоправимый вред гражданскому обороту. Действительно, ООО "Ресурсинвест" инициировало описанные сделки. Но не как контролирующее лицо, а как сторона договора — участник нормального гражданского оборота. Речь шла о реализации права на внешнюю свободу договора — его заключение. Сам факт заключения договора с должником, совершившим налоговые правонарушения, не означает аффилированности и намерения причинить вред его кредиторам", — говорит Савина. По ее мнению, в таком случае подлежат оценке условия спорных сделок и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В очередной раз сильный кредитор в деле о банкротстве пытается развернуть уже сложившийся взгляд судебной практики по вопросам, которые важны не только в правовом поле института привлечения к субсидиарной ответственности, но и в целом для разрешения споров с участием госорганов

Ольга Савина, управляющий партнер Parallel Legal Consulting

Источник: Право.Ru

Прокомментировать