Posted on: 05.09.2020 Posted by: admin Comments: 0

Иллюстрация: Право.ru/Петр Козлов

Ежегодно российские суды выносят несколько тысяч приговоров за производство товаров и оказание услуг, которые «не отвечают требованиям безопасности». Но в практике есть перекосы, когда за административные нарушения наказывают в уголовном порядке. 2,5 года назад Верховный суд отменил обвинительный приговор таксисту, который за несколько минут подвез мать с ребенком без детского кресла, а потом получил за это два года строгого режима.

Два года назад компания «Галерея Вип-Тур» организовала загородный мастер-класс для подростков на неделю. Участники программы – 14 детей и двое взрослых – жили в трехэтажном деревянном коттедже на базе отдыха FoRest House (поселок Волжский). Рано утром в котельной дома начался пожар, сигнализация не сработала. Один из мальчиков не смог выбраться из дома и погиб.  

Ст. 238 УК

Производство, хранение или продажа товаров, а также выполнение услуг, которые не отвечают требованиям безопасности для здоровья потребителей, наказываются штрафом до 300 000 руб. или лишением свободы до двух лет. Если преступление привело к смерти или нанесло тяжкий вред здоровью, то наказание может достигать шести лет колонии со штрафом в 500 000 руб.

Дело по ст. 238 УК завели на гендиректора «Галереи Вип-Тур» Светлану Вахтель. Расследование заняло полтора года, а весной 2020-го суд вернул материалы прокурору для исправления ошибок. Сейчас дело вновь поступило в суд, началось его рассмотрение. Соучастником преступления проходит директор отеля, где произошел пожар. А сотрудник, работавший в котельной, по словам Вахтель, проходит по делу как свидетель. Сама она с обвинением не соглашается и утверждает, что лишь оплатила гостиничные услуги как туроператор. 

Она обращает внимание, что отель, где случилась трагедия, официально включён в федеральный перечень туристских объектов, а это значит, что он проверен на предмет соблюдения мер безопасности. Совет по правам человека настаивает на необоснованности уголовного преследования туроператора. «Если бы не был заключен договор аренды, пожар все равно случился бы, причинно-следственной связи тут нет», – написал член СПЧ Евгений Мысловский.

Эта история показывает одну из проблем с применением ст. 238 УК – кого считать субъектом, то есть кого привлекать к ответственности. Это не всегда ясно правоприменителям. Алексей Гуров, партнер АБ «Павел Хлюстов и партнеры», вспоминает дело из своей практики четырехлетней давности, когда в столичном парке Горького прогулочный паровозик наехал на ребенка. Пострадавший получил тяжелые травмы. Правда, дело возбудили тогда в отношении владельца аттракциона, который выпустил его в эксплуатацию, говорит адвокат: «При этом следствие нисколько не смутил тот факт, что ребенок просто гулял по парку с родителями и потребителем потенциально опасных услуг не был». В итоге удалось добиться, чтобы дело против предпринимателя прекратили. 

Гуров задается вопросом, кому в его деле с паровозиком в парке Горького следователи должны были предъявить обвинение: руководителю организации, которой принадлежит паровозик, или работнику организации, ответственному за выпуск паровозика по маршруту? Или водителю паровозика, который непосредственно оказывал услугу? Прошлогоднее постановление Пленума Верховного суда фактически перечисляет всех этих лиц в числе потенциальных виновников, что указывает на явный пробел, полагает Гуров.

В моей практике было дело о взрыве на складе пиротехники в Орле. Около 200 потерпевших, двое погибших – учредитель и директор пиротехнической компании и его сын. Разбирательство было на контроле у всех – от губернатора региона до начальника следственного отдела. А обвинение предъявили одному из работников этой компании, которого в день взрыва вообще не было на складе. К счастью, в суде все обвинения с доверителя сняли.

Тимур Хутов, партнер
Коблев и партнеры

Коблев и партнеры

Федеральный рейтинг

группа

Уголовное право

×

Проблемы с определением опасности

По ст. 238 УК наказывают за продажу товаров или оказание услуг, которые не отвечают требованиям безопасности. Но когда товары или услуги опасны? И как понять, где уголовное преступление, а где не такой серьезный административный состав (ст. 14.4 КоАП)? Этот вопрос вызывает сложности на практике. 

Повлиять могут не только конкретные обстоятельства дела, но и их огласка, политическая воля. Одинаковые события могут квалифицироваться как преступление или нет. Так, частного перевозчика обязательно привлекут к ответственности за ДТП, но травмы, полученные в метрополитене, останутся несчастным случаем. Либо вовсе проведут служебную проверку и откажут в возбуждении уголовного дела.

Алексей Новиков, адвокат, бывший следователь по особо важным делам ГСУ СКР

Гривцов отмечает, что в теории преступление по ст. 238 УК можно совершить лишь умышленно, а на практике к этому составу часто относят неосторожные действия предпринимателей. Иногда они не осознают, что их товары или услуги не соответствуют требованиям безопасности и могут нанести вред здоровью потребителей. В идеале при квалификации деяний в подобных случаях следователям не следует ограничиваться поиском только соответствующего положения законодательства, которое оказалось нарушено, подчеркивает Артем Саркисян из
Забейда и партнеры

Забейда и партнеры

Федеральный рейтинг

группа

Уголовное право

×

. По его словам, нужно четко указывать, как нарушение правил безопасности привело к трагедии. 

В декабре 2017 года Верховный суд отменил обвинительный приговор в отношении кемеровского таксиста Евгения Судакова за то, что тот подвез пассажирку с малолетней дочкой без специального детского кресла (дело № 1-586/2016). Таксист за 85 руб. за считанные минуты доставил ребенка до поликлиники, но судья Александр Вялов назначил ему два года колонии строгого режима и даже указал в качестве отягчающего обстоятельства корыстный мотив в получении 85 руб. (хотя статья предусматривает и более мягкие наказания. Например, штрафы). 

Злоумышленник провел за решеткой семь месяцев, пока Верховный суд не отменил обвинительный приговор по его делу. ВС указал, что ребенку не был причинен вред. А Судаков получил от государства 2 млн руб. компенсации вреда за незаконное преследование. При этом за аналогичное нарушение коллега Судакова в том же суде получил условный срок (дело № 1-372/2016). 

Очертить границы

Чтобы сделать практику по составу единообразнее и сузить его применение, год назад Пленум ВС принял разъяснения, которые ввели разграничивающий криминообразующий признак для дел по ст. 238 УК. Пленум ВС отметил, что уголовная ответственность по этой статье наступает при условии, когда опасность товаров, продукции, работ или услуг для жизни и здоровья человека является реальной. 

Об этом могут свидетельствовать конструктивные недостатки, которые в обычных условиях могли повлечь смерть или причинение тяжкого вреда здоровью человека (п. 2 Постановления Пленума ВС от 25 июня 2019 года № 18). Дмитрий Данилов из
Феоктистов и партнеры

Феоктистов и партнеры

Федеральный рейтинг

группа

Уголовное право

×

обратил внимание, что эту позицию закрепил Второй кассационный суд общей юрисдикции: гособвинителю нужно доказать не только факт оказания услуги потерпевшим, но и возникновение реальной опасности для здоровья потребителей, которая в самых обычных условиях могла привести к трагедии (п. 3 обобщения своей практики). 

Для этого суды должны располагать заключениями экспертов или специалистов.

Зачастую установить наличие и реальность опасности без специальных знаний в тех или иных областях науки и техники не представляется возможным. Поэтому одним из ключевых доказательств обвинения здесь становится заключение эксперта, который высказывает свое мнение относительно степени опасности товаров, продукции, работ или услуг для жизни и здоровья человека и ее реальности.

Алексей Гуров, партнер АБ «Павел Хлюстов и партнеры»

Но и с экспертизами не все гладко. Как и для многих других экономических составов, в делах по ст. 238 УК проявляется характерная проблема с их объективностью и качеством, подчеркивает Протасов: «Их нередко проводят экспертные учреждения, которые связаны со следствием, а также в интересах и под запросы обвинения». А суды не стремятся назначать повторные или дополнительные экспертизы и ограничиваются тем, что принес следователь, констатирует адвокат.

Впрочем, как показывает статистика Суддепа, число осужденных по ст. 238 УК уже два года падает. В 2019 году их оказалось в два раза меньше, чем в 2017-м (2168 против 4516). Возможно, что на статистике 2019-го сказались в том числе разъяснения Пленума ВС, принятые в середине года.

В 92,3% случаев в качестве наказания за опасные работы и услуги назначают штрафы (в 2019 году их было 2003). Другие наказания, такие как условное осуждение (484) и обязательные работы (307), назначают реже.

У состава ярко выраженный «региональный» характер. Преступления, связанные с нарушениями правил техники безопасности на различных объектах производств, чаще всего возбуждают в Сибири, где расположены крупные промышленные предприятия, построенные еще полвека назад, объясняет партнер АБ Q&A Сергей Токарев: «С годами эти конструкции износились, из-за чего там достаточно часто случаются аварии». Не только по специальным составам (ст. 143 УК), но и по ст. 238 УК. 

Если прорвет трубопроводы или из-за вытекшего из цистерн мазута случится пожар, который приведет к человеческим жертвам, то дело возбудят все по той же ст. 238 УК, ведь предприятию оказывают услуги различные снабжающие организации.

В центре внимания медики

Медикам тоже предъявляют обвинения по ст. 238 УК. В последние годы несколько таких дел привлекли внимание общества и СМИ. Самый известный случай – дело столичного гематолога Елены Мисюриной. В январе 2018 года Черемушкинский районный суд Москвы признал ее виновной в смерти пациента и приговорил к двум годам лишения свободы в колонии общего режима. Суд счел доказанным, что Мисюрина несет ответственность за смерть пациента, которому летом 2013 года сделала сложный анализ – забор костного мозга. После процедуры мужчина ушел домой, а через несколько дней умер в другом лечебном учреждении – в клинике «Медси». По мнению следствия, врач случайно проткнула мужчине кровеносный сосуд иглой, что и стало причиной смерти. Сама гематолог настаивает, что такого произойти не могло. Лишь после того как в защиту Мисюриной высказались врачи и общественные организации, Московский городской суд отменил обвинительный приговор. Расследование этого дела продолжается, по нему назначили дополнительную экспертизу. 

По словам адвоката КА «Юстум» Владислава Салиты, который представляет интересы врачей в таких делах, порой уголовного преследования требуют пациенты, которые испытывают всего лишь остаточные боли после удаления зуба. Клиент делает вывод, что в этом виноват врач, и запускает «карусель жалоб» (вплоть до СКР). «Начинается доследственная проверка, следователь вызывает к себе гендиректора клиники, главврача, лечащего врача и оказывает на них психологическое давление», – говорит Салита. Затем в клинику без предупреждения приходят следователи с представителями Роспотребнадзора и Росздравнадзора, чтобы провести «осмотр места происшествия», описывает Салита: «Это мало чем отличается от настоящего обыска, а проверяющие не всегда пускают туда адвокатов».

Стоматолога пытались обвинить в том, что у его пациента спустя два года произошел отек Квинке (аллергия). В рамках доследственной проверки они опросили весь персонал и даже родственников учредителя клиники. На дачу объяснений мы приехали с медсправочником и показали следователю, что отек Квинке наступает сразу, а не через два года после операции. Следователь все равно назначил дорогую экспертизу за счет бюджета, которая подтвердила невиновность моего доверителя.

Владислав Салита, адвокат КА «Юстум»

Ст. 238 инкриминируют медработникам, потому что это тяжкий состав, по которому можно привлечь к ответственности в течение 10 лет, объясняет Данилов. Другая врачебная статья – 109 УК («Причинение смерти по неосторожности в связи с неисполнением профессиональных обязанностей») – относится к преступлениям небольшой тяжести и имеет небольшой срок давности – всего два года.

Проблемы с применением ст. 238 УК остаются. Но разъяснения Пленума ВС и статистика дают надежду, что правоприменительная практика «выровняется».

Источник: Право.Ru

Прокомментировать